Путин прилетел в Видяево 22 августа, спустя десять дней после гибели подводной лодки. И сделал то, чего до него не делал ни один глава государства. Возможно, не только российского.
Он лично встретился с вдовами и родственниками погибших подводников. Встреча продолжалась 2 часа 40 минут, прессу в заполненный до отказа зал Дома офицеров не пустили. Не для пиара он с ними разговаривал — выслушивал возмущение, рыдания, отвечал на прямые вопросы и категоричные требования.
Помнится, когда об этом было сообщено, меня впервые заинтересовал новый президент. Надо же, не побоялся принять на себя все обвинения, весь негатив. Никого не подставил вместо себя, хотя, конечно, мог. Есть ведь, в конце концов, министр обороны, командующий флотом — такого уровня было бы достаточно. Нет, посчитал необходимым посмотреть людям в глаза.
Разумеется, вскоре стенограмма просочилась в прессу. Можете ознакомиться, если раньше не читали. И посмотреть короткий видеоролик (в конце поста) — репортаж с той встречи, который появился в сети далеко не сразу, а через десять лет.
Эмоции переливались через край, собравшиеся родственники погибших не стеснялись в выражениях, предъявляли претензии всем, включая президента. Конечно, люди, потерявшие близких, имеют право говорить все, что думают. Даже если не правы. Поэтому Путин держался стойко.
Оппозиция помнит и упивается неудачной шуткой. Хотя если понимать, что гибель экипажа «Курска» президент воспринял, как личную трагедию, то этот черный юмор выглядит иначе — Путин не желал, чтобы какой-то иностранец влезал к нему в душу. По крайней мере, так я воспринимаю эту ставшую крылатой фразу.
Но оппозиция почему-то напрочь забыла о действительно мужском поступке президента. Избирательная у них память, правда?
Journal information